Таинство беззащитности

649a43c-------2-Сообщество «Лярш» в 1964 году основали во Франции философ и богослов Жан ​​Ванье и отец Томас Филипп, которые пригласили двух людей с неполноценностью жить с ними вместе. Сегодня «Лярш» объединяет сто тридцать семь сообществ в сорока странах мира. Одна из них уже пять лет работает в Украине с людьми с умственной отсталостью.

Джо и Брайан

Один из моих ближайших друзей называется Брайан. Волосы у него такие, как у Элвиса Пресли, когда тому было двадцать лет, — не скрывая нежности, рассказывает Джо Ворстерманс, богослов из Канады, который тридцать лет своей жизни посвятил служению людям с умственной отсталостью.

Брайан и Джо живут вместе в сообществе «Лярш» в Канаде. Каждый вечер проводят маленький ритуал: Джо помогает Брайану готовиться ко сну. Перед зеркалом он расчесывает ему волосы и говорит комплименты. Тот на слова Джо реагирует, не скрывая иронии. Мама отказалась от него, когда он был еще ребенком.

Если бы ты только знал, Брайан, как Бог тебя любит!

Откуда тебе знать это, Джо? — примерно так заканчивается их каждый вечерний разговор.

Джо Ворстерманс видит свое призвание в распространении нового взгляда на отношения с людьми с умственной неполноценностью и Евангелие. Но, несмотря на это, он не боится признаться, что с Брайаном его объединяет именно момент сомнения в Божьей любви.

Это то место, в котором мое сердце и сердце Брайана бьются в унисон, — говорит Джо, — но одновременно мы объединены как братья, потому что Бог на самом деле любит и меня, и его. Современный мир дает людям послание: тебя можно любить, если ты красивый, хорошо одеваешься, имеешь диплом престижного университета, дорогую машину. Иметь все эти вещи — самый простой способ убедиться, что тебя любят.

Василий и Виталий

- Для чего я таким родился? - печальным голосом спрашивает меня лопоухий мужчина в светлой клетчатой ​​рубашке и сером свитере.

А ты как думаешь? — переадресовываю ему вопрос.

Чтобы жить , делать свечи и дарить их людям, — протяжно отвечает он.

У Виталия под глазами глубокие морщины. Он запинается и не произносит звук «р». Если говорить медицинскими терминами, у Виталия умственная отсталость, потому что врачи при рождении повредили ему мозг. Но в сообществе «Лярш» словосочетание «умственная отсталость» не используют. Говорят: «люди с неполноценностью», «люди с особыми потребностями».  А чаще просто — друзья.

Василий работает ассистентом в «Лярш» уже почти десять лет.

В отношении к людям с умственной отсталостью есть две крайности: воспринимать их как маленьких детей, или обращаться с ними свысока, — рассказывает он, наливая из чайника в треугольные формы горячий воск.

Виталию, например, сорок лет. Мне тридцать три. Почему я должен ему говорить с ним как с ребенком? 

Виталий. Фото Павла Дидули

Виталий. Фото Павла Дидули

Виталий стоит рядом и слушает наш разговор. Он должен сейчас шлифовать деревянные бруски под иконы, но сегодня ему не работается.

Белогородка, Кременце, Почаев, — что-то бессвязно бормочет Виталий, пытаясь привлечь внимание.

Однажды он убежал от бабушки в монастырь. От села, где он жил, в Почаев несколько десятков километров. Виталий прошел их пешком за четыре дня.

- Зачем ты бежал туда ?

Чтобы жить. В Почаеве есть монастырь. Там монахи дали мне поесть, напоили чаем, — голос Виталия дрожит. Создается впечатление , что он вот-вот заплачет.

Там я молился. Мне было очень прекрасно и интересно. Никто меня там не обижал. Я позвонил отцу и сказал: «Я в Почаеве в монастыре». Он приехал и забрал меня домой.

 

3bcf002-------------------1-

Василий и Виталий. Фото Павла Дидули

Когда Виталий заканчивает одну историю, начинает другую. И так без конца, что его голос записали на пленку.

— Физическая работа в мастерской важна не только как способ реализоваться для друзей с особыми потребностями, почувствовать себя зрелыми, - объясняет мне ассистент. Это также необходимый период пауз в общении. Такие люди требуют очень много внимания, а этот постоянный диалог истощает, — когда Василий говорит об  этом, усталость, как изображение на фотобумаге, проявляется на его лице.

- Вам трудно?

- Когда только начинал работать в «Лярш», вечером приходил домой и просто падал на кровать. Ни на что другое, кроме работы, сил не хватало. Теперь уже привык.

— За годы работы здесь вы изменились?

Вы представить не можете, как сложно мне было когда-то начать разговор с незнакомым человеком. Это был для меня такой стресс! Я долго обдумывал, кто этот человек, сколько ему лет. В «Лярш» я увидел, как легко друзья говорят с людьми даже самого социального статуса. Для них это не имеет никакого значения. Я учился этому у них.

Вместе с Виталием и Василием в мастерской работают еще два друга: кудрявый голубоглазый Павел и молчаливый Денис.

 Павел. Фото Павла Дидули

Павел. Фото Павла Дидули

Денис, которому на вид около двадцати трех, с опаской смотрит в сторону ассистента, долго решается, берет меня за руку и ведет к своему рабочему месту. Одной рукой он шлифует деревянный брусок, второй — держит мою руку.

Денис не говорит, но он не немой. До пяти лет говорил, и теперь говорит, рассказывают родители, но только когда остается в одиночестве.

Я смотрю ему в глаза. Меня не покидает ощущение, что Денис хитрит — может легко заговорить со мной, но не хочет этого. Я беру ручку и записываю в блокнот свои соображения. Он терпеливо ждет и снова берет меня за руку. 

Когда мимо нас пролетает, махая руками, как крыльями, сдержанный до этого ассистент Василий, и обнимает Павла, я снова тянусь за ручкой. Денис отнимает у меня блокнот. На чистом листе он рисует каракули, имитируя почерк, и прячет блокнот под стол. Ему не нравится, что я пишу о нем, он хочет, чтобы я просто была рядом с ним.

Павел старательно и сосредоточенно пилит доски. Ненадолго отвлекается, подходит ко мне, обнимает и говорит:

— Ты сегодня очень красивая, просто божественная. Ты такая любящая нас.

Павел и госпожа Ванда

С госпожой Вандой мы знакомимся за городом, где проходит встреча Джо Ворстерманса с родителями людей с особыми потребностями. Женщине где-то под пятьдесят. Она имеет баклажанный оттенок волос, ходит с палочкой, прихрамывая на левую ногу. Госпожа Ванда — мама Павла.

Мой Павел часто делает девушкам комплименты, потому что он, в отличие от меня, не комплексует, — смеется женщина, смущаясь включенного диктофона.

- Павел ходил в обычный садик, — рассказывает о сыне госпожа Ванда. — Был очень спокойным. Помню, как девочки подбегали к нему и говорили: «Павлик, говори де-ре-во». Они говорили ему, как он на то время — по слогам. Несмотря диагноз «задержка развития», Павел научился читать. Он не читал по слогам, просто брал книгу и по буквам называл слова.

 

 Павел. Фото Павла Дидули

Павел. Фото Павла Дидули

Из школы — интерната, где учился Павел, госпожа Ванда даже не забирала документов. Учительница, которая учила сына, считала, что дети с особыми потребностями никакой речи, кроме крика, не понимают. Когда старшая дочь госпожи Ванды переехала в Польшу, они с Павлом отправились за ней. Там, в шести километрах от города, был центр для детей с неполноценностью. Павла, несмотря на то, что он был из Украины, приняли туда без проблем. Там он начал общаться с детьми.

Павел легко перешел на польский. Мы были там долгое время, он вслушивался в язык и изучил его. Он читает польской газеты, смотрит телевидение, — глаза пани Ванды радостно сияют. Она гордится достижениями сына. — В той ячейке Павел быстро нашел друзей.

Вернувшись в Украину, Павел начал ходить в мастерскую в «Лярш».

Раньше он просил меня брать его с собой, иногда, чтобы просто проехаться на маршрутке. Сейчас ему этого общения хватает.

Недавно Павел сам ходит на прогулку во двор возле дома. Сначала госпожа Ванда боялась, что соседские ребята будут насмехаться над сыном. Но потом подумала: посмеются и перестанут.

— Я наблюдаю через окно, как Павел говорит с подростками во дворе. Приходит, подает руку — так, как их в «Лярш» учили. Кто-то может не протянуть ему руку, было и такое. Тогда он просто держал ее некоторое время, потом опускал и шел дальше, не придавая этому никакого значения.

- Уязвимой частью нашего тела является сердце, — говорит Джо Ворстерманс. — Люди, которые живут вместе со мной в сообществе «Лярш», имеют сложные жизненные истории. От многих из них отказались родители. С первых лет жизни они должны научиться прятать свои сердца, потому что их снова и снова ранили.

Некоторые из моих друзей, когда я впервые их увидел, были сгорбленные, согнуты так, будто они физически защищали сердца. — Джо складывает руки перед собой, сгибает плечи и низко опускает голову. - Когда они приходили в наше сообщество, мы думали, что покажем им нашу любовь и все будет хорошо. Но даже проявления любви были болезненными для них. Они не позволяли обнять себя, потому что прикосновение для них означало жестокость.

Много лет мы говорили с ними ласково, прежде чем они научились доверять нам. И когда это случалось, они даже на телесном уровне открывали нам свои сердца.

Я слушаю Джо вспоминаю Павла.

— Ты должна держать спину ровно, — говорил он мне и распрямлял руками плечи. 

Сам Павел высокий и сутулый.

Эти слова он говорил с таким серьезным лицом, будто имел в виду нечто гораздо более глубокое.

Надежда Калачова

Источник: http://life.pravda.com.ua/society


Оставить сообщение