Е.С. Слепович. О себе

 

ЕЛЕНА САМОЙЛОВНА СЛЕПОВИЧ

родилась 13 октября 1951 г. в г. Минске.

 Доктор психологических наук, профессор, член-корреспондент Академии образования Республики Беларусь.

img_7042…Отца звали Самоил Шаевич. Он работал заместителем начальника литейного цеха №3 Минского тракторного завода. Папа окончил политехнический институт в  Куйбышеве по специальности «химик-технолог». У мамы Фриды Иосифовны тоже высшее образование. Она закончила Ленинградский химико-фармацевтический институт. С 1946 года работала в Центральной заводской лаборатории тракторного завода. Словом, родители у меня были интеллигентные и образованные люди.

Мама (родом из Могилева) приехала в Минск в 1946 году, когда Тракторный завод еще строился, а папа (родом из Немирова Винницкой области) – в 1948 году.

img_7030Через два года родилась я, а младший брат Виктор появился на свет в 1953 году. (Виктор Самойлович Слепович. Заведующий кафедрой делового английского языка Белорусского государственного экономического университета, кандидат филологических наук, доцент. Автор статей и учебных пособий по бизнес-коммуникации, межкультурной коммуникации и переводу).

img_70311Когда мне было чуть больше двух лет, переболела полиомиелитом. Произошел правосторониий паралич тела. Как и многие дети-инвалиды, обладала неплохим интеллектом, ибо родители очень много со мной занимались, особенно папа. Я вообще была «папиной дочкой» и жила в плену собственных фантазий. Например, представляла, что закончила юридический факультет, нахожусь в тылу врага или «работаю» микробиологом.

Все не могла определиться с выбором. Всё началось с учебника по биологии (моего любимого предмета в школе). На его страницах я увидела портрет ребенка с болезнью Дауна. Когда генетика не может ничего сделать с такими детьми, то, наверное, может помочь педагогика – решила я. С такой мифической на то время идеей я поступила в Минский педагогический институт имени Максима Горького на отделение дефектологии факультета начальных классов на специальность «Учитель и логопед вспомогательной школы». Там узнала, что такое быть по некоторым учебным предметам несостоятельным из-за двигательных нарушений. Без командной поддержки это плохо переносимо.

img_70351В школе ничего подобного не было. Учиться мне было очень-очень хорошо. Замечательные учителя, замечательные одноклассники. Нельзя подниматься на четвертый этаж. Дети пошли к директору и попросили, чтобы наш класс перевели на первый этаж в третью смену. Только для того, чтобы я никуда не ушла. Совсем иной атмосфера была в институте. Закончила его с отличием, однако местную аспирантуру мне даже не предлагали…

Поехала в Молодечно, где три года отработала первым в районе дошкольным логопедом. В РАЙОНО был свой кабинет, но это больше условность. Реально я брала под мышку зеркало и с ним ходила по детским домам. Помню, как однажды опоздала на электричку (ежедневно ездила в Молодечно с Минска), что могло означать отмену приема в моем кабинете. Я бросилась в вокзальное отделение милиции и убедила его работников в необходимости догнать поезд. В результате, на милицейской машине меня довезли до ближайшей станции, где я села на поезд. 

Все время хотелось учиться. Наверное, учеба была «фишкой» нашей семьи. Мне очень хотелось ее продолжить. Преподаватель по логопедии Клара Гавриловна Ермилова посоветовала поступать в Москву, в единственный в мире научно-исследовательский институт дефектологии. Она даже на бумажке нарисовала, как его там найти.

Моё поступление в аспирантуру Института дефектологии в Москве напоминает сюжет приключенческого фильма. Документы в институт я послала не как обычные аспиранты, а заказным письмом (чтобы точно дошло) на имя директора академика Татьяны Александровны Власовой. Про результат такого поступка я узнала, когда уже стала кандидатом наук. Оказывается, заказные документы работники почты не отдали в руки экспедитору, потому что отправлены они были на имя академика, которая на почту не очень спешила. Моя мама, мудрый и смелый человек, нашла телефон этой женщины, позвонила ей и сказала: «Я очень прошу вас, как мать может просить мать, заберите, пожалуйста, документы моей дочери… ».

Т.А. Власова

Власова Т.А.

lubovskiy3

Лубовский В.И.

По приезду в институт я узнала, что мой реферат по педагогике случайно попал не к специалисту по педагогике, к которому я планировала поступать, а к всемирно известному психологу, который представлял советскую психологию в ЮНЕСКО (по его книгам я училась в университете), Владимиру Ивановичу Лубовскому. В приоткрытые двери его кабинета сразу не решилась войти и сначала решила посмотреть, на месте ли он, стала на колени, и вдруг меня окликнули... Передо мной стоял молодой красивый мужчина, который уверенно, без тени шутки, сказал, что Лубовского в кабинете нет, и предложил мне поступать к нему (как вы догадались, это и был тот самый психолог) на кафедру психологии.

При сдаче кандидатских экзаменов меня спрашивали вдоль и поперек, выясняли все нюансы и возможные пробелы в знаниях. Всемирно известные ученые хотели знать, кого принимают к себе. Дело в том, что обучение в «союзной» аспирантуре было полностью целевым, то есть все республики бывшего СССР «заказывали» себе специалистов и оплачивали их подготовку. Я же представляла только себя. Это означало, что при отличной сдаче вступительных экзаменов, мне надо было, чтобы кто-то их обязательно «завалил» и освободил таким образом для меня место. Когда рассказываю про свою жизнь, некоторые не верят такому стечению обстоятельств. Уж больно она похожа на нескончаемый бразильский сериал или какую-нибудь «Санта-Барбару». Так и с поступлением. Стипендию мне платили из фонда директора института академика Татьяны Александровны Власовой: глянулась я ей.

Е.С.Слепович с Дмитрием и Елизаветой Слепович

Е.С.Слепович с Дмитрием и Елизаветой Слепович

Через два года и один месяц я защитила кандидатскую диссертацию по теме «Активная речь дошкольников с задержкой психического развития». Значение моей работы для того времени была в том, что исследовала это нарушение у детей раннего возраста, чего до этого не было. В дальнейшем, работая в НИИ педагогики, я находилась у истоков открытия специальных школ для детей с задержкой психического развития. Тогда впервые в нашей республике появились экспериментальные группы для детей с задержкой психического развития на базе 235-го детского сада столицы, где я провела ряд исследований игровой деятельности дошкольников, и на их основе разработала соответствующие психокоррекционные программы.

Через восемь лет работы в НИИ перешла работать на дефектологический факультет в пединститут. Тогдашний ректор Леонид Никонорович Тихонов предложил мне перейти на факультет психологии, который у них тогда только-только создавался. Перешла. Вскоре (во многом благодаря Тихонову) стала членом-корреспондентом Академии образования Беларуси. А через два года (снова в Москве) защитила докторскую диссертацию по совокупности опубликованных работ. (Таких случаев в сфере специальной психологии только два). В своей докторской диссертации «Психологическая структура задержки психического развития в дошкольном возрасте», которая стала обобщением всех моих предыдущих научных работ, я создала психологическую модель детей с таким нарушением. Эта работа открыла новый этап в моей жизни, связанный с устройством на работу в БГУ, где набирала обороты работа кафедры психологии, и созданием собственной научной школы.

img_7635

А.М.Поляков, В.М.Навицкая-Гаврилко, Е.С.Слепович, Т.И.Синица

Теперь одна из самых сильных в СНГ научных школ в области специальной психологии создана в Республике Беларусь. Я подготовила семь кандидатов наук.